Господин Кочарян, можно ли было сохранить 7 регионов (Арцаха), не считая их предметом переговоров, предметом компромисса, и двигаться примерно в том же направлении, в котором двигалась Россия в присоединении Донецкой и Луганской областей? Другими словами, считать 7 регионов неотъемлемой частью Арцаха и признать их вместе, включить их в состав Армении, а не ждать мирового признания или признания со стороны Азербайджана? Об этом поинтересовались у Роберта Кочаряна в ходе встречи второго президента со слушателями и преподавателями «Армянского университета».
«Возьмем Россию, страну с населением 150 миллионов человек и одной из самых мощных армией в мире. На Украине, они говорят, проживает 40 миллионов человек, но на самом деле, по всем нынешним экспертным оценкам, ее население составляет около 25 миллионов. Россия — страна с самым мощным ядерным потенциалом в мире. Вот если бы у нас все это было, конечно, мы бы это сделали. Не сомневайтесь, конечно, мы бы это сделали. Но как только мы объявили бы о таком варианте, это означало бы, что больше нет темы для переговоров, это стало бы примерно «Арцах – это Армения и точка», и последствия были бы такими же. Это была бы просто авантюра, следствием которой стало бы поражение. Это было сделано в 2019 году.
Мы прекрасно понимали, что война, затяжная война, была для нас проблематичной. Это действительно проблематично. Вам либо нужно иметь союзника, с которым у вас сложились такие отношения, что он готов полностью поддержать вас во время этой войны: и человеческими ресурсами, и во всем остальном, и материальными ресурсами. Если же этого нет, то вам нужно быть гораздо более гибким и попытаться добиться того, чего вы можете, посредством переговоров. Наш подход был таким.
Думаете, у нас не хватало ума заявить об этом? Сказать: «Карабах — это Армения, и точка». Думаете после моего избрания президентом Карабаха, например, у меня не возникло желания провести инаугурацию в Шуши? Мы ведь этого не сделали, правда?» — заявил Роберт Кочарян.
По словам второго президента, в то время они даже не пытались привлечь Турцию к этому вопросу и всегда старались проявлять гибкость в отношениях с Турцией.
«Но я помню, что мы сделали после пограничной напряженности в Тавуше летом 2018 года. Звучали заявления о том, что мы победили турецко-азербайджанский тандем, что наша армия самая сильная армия и т. д. Наша армия была более боеспособной, чем азербайджанская, но по потенциалу она не идет ни в какое сравнение с турецкой армией. Но сделать из всего этого победу на уровне Сардарапатской, наградить 72 боевыми крестами в Сардарапате… Как будто вы кричите и призываете Турциюобъединиться с Азербайджаном и решить этот вопрос, понять, чего хотят от них армяне? И по сей день я не понимаю, почему никто не объявился и не сказал: «Нельзя, не делайте этого!»» — подчеркнул второй президент.
Подробности — в видео
