В отношении второго президента РА Роберта Кочаряна возбуждено новое уголовное дело. В чем же оно заключается?
Начнем сначала. 14 июня офис президента Кочаряна распространил заявление о том, что он отбывает из Армении с трехдневным визитом. Офис, прекрасно зная почерк этой власти, подчеркнул: «Мы никогда заранее не предоставляли информацию о многочисленных прошлых визитах президента ввиду их частного характера. Однако, учитывая дезинформацию, распространяемую в последнее время властями касательно визитов представителей оппозиции, считаем необходимым уберечь общественность от ожидаемой порции властной лжи».
В конце того же дня офис президента Кочаряна сообщил, что выезд президента из страны был запрещен незаконно и без каких-либо объяснений. «Мелкий диктатор фактически превратил «бастион демократии», столь восхваляемый его европейскими хозяевами, в «демократический концлагерь». Если какому-то прихвостню Алиева (глава Азербайджана-ред.), может хотя бы прийти в голову мысль, что президент Кочарян может сбежать из страны, то он жестоко ошибается: из Армении сбежит один человек, и этот человек — тузик Алиева (если, конечно, ему повезет сбежать)», — отмечалось в сообщении.
Позже Следственные органы Армении сообщили прессе, что выезд Роберта Кочаряна через границу не ограничивался в рамках какого-либо производства, расследуемого в их структурах. Получается, это было сделано по незаконному указанию конкретного лица. Два дня спустя, 16 июня, выясняется, что прокуратура предъявила второму президенту уголовное обвинение. О чем же именно идет речь?
Итак, второго президента РА обвиняют в злоупотреблении должностными полномочиями и отмывании денег за то, что он, якобы «будучи в 2004 году президентом Республики, действуя из корыстных побуждений, с целью отчуждения государственного имущества своему сыну по низкой цене, поручил членам Правительства принять решение, согласно которому земельный участок площадью 29 033 кв. метра и находящееся на нем строение площадью 1705 кв. м по адресу: г. Ереван, Цицернакабердское шоссе 7/1, принадлежащие ГНКО «Детско-юношеская спортивная школа олимпийского резерва по теннису», которая является учебным заведением, были отчуждены ООО «Кинетик» примерно за 12 млн драмов, тогда как в 2006 году это имущество было оценено в 1,1 млрд драмов». При этом утверждается, что данное имущество не подлежало отчуждению, так как принадлежало учебному заведению, а закон «Об образовании» предусматривал, что при отчуждении имущества учебного заведения оно должно использоваться исключительно в образовательных целях.
Также отмечается, что впоследствии 50% доли в ООО «Кинетик» приобрела компания ООО «Стрим Форс», принадлежащая Седраку Кочаряну (сын второго президента-ред.), и этим якобы обосновывается отмывание денег — тем, что в конечном итоге приобретенное по дешевке имущество фактически перешло к взаимосвязанной с Робертом Кочаряном компании.
Согласно обвинению, в результате государству был причинен существенный ущерб и наступили тяжкие последствия, поскольку был грубо нарушен процесс приватизации имущества, ограничена возможность участия других лиц в этом процессе, по коррупционной схеме из фонда государственной собственности за 12 млн драмов было выведено имущество кадастровой стоимостью 192 млн драмов и рыночной стоимостью 1,1 млрд драмов, а спортивная школа лишилась своего права распоряжаться имуществом в образовательных целях.
Хорошо, а в чем же здесь заключается участие президента Кочаряна? В том, что он своей подписью ратифицировал решение Правительства, и в том, что часть имущества в конечном счете перешла к компании, принадлежащей его сыну. В этом и заключается весь абсурд обвинения.
Так, Согласно статье 86 Конституции в редакции 1995 года: «Решения Правительства подписывает премьер-министр, ратифицирует — Президент Республики». Согласно статье 89 Конституции: «Правительство управляет государственной собственностью». Согласно статье 85 Конституции: «Правительство состоит из премьер-министра и министров».
Не существует ни одного правового акта, который уполномочивал бы Президента Республики, так сказать, накладывать вето на решения Правительства, не ратифицировать их или проверять правомерность этих решений перед ратификацией. Не известно ни одного случая (в период действия Конституции в редакции 1995 года, то есть до 2005 года), когда Президент Республики не ратифицировал бы какое-либо решение Правительства, подписанное Премьер-министром. Более того, полномочия по управлению государственным имуществом принадлежат Правительству, следовательно, в этом отношении президент республики не был правомочен вмешиваться в деятельность Правительства.
Ратифицируя решения, принятые Правительством (то есть коллегиальным органом — Премьер-министром и министрами), Президент Республики не может нести никакой ответственности за последствия этих решений.
То есть утверждения о преступлении беспочвенны, а действие по ратификации решения Правительства полностью укладывается в рамки предоставленной Президенту Республики неприкосновенности, то есть правоохранительные органы не правомочны самостоятельно делать это действие предметом расследования. Хотя возбуждение подобного уголовного дела против президента Кочаряна само по себе является абсурдом, это дело нелогично, даже если бы имя президента Кочаряна вообще не упоминалось. Основания для признания принятого Правительством решения неправомерным также отсутствуют. Почему?
- ГНКО«Детско-юношеская спортивная школа олимпийского резерва по теннису» в контексте регулирований закона «Об образовании» не считается учебным заведением. Более того, в самом решении об учреждении этой ГНКО также указано, что основной целью и предметом ее деятельности является осуществление физкультурно-оздоровительной и спортивной деятельности. Следовательно, ограничение части 4 статьи 45 закона «Об образовании» в данном случае не действовало.
- Даже если бы эта ГНКО являлась учебным заведением, то отчуждалось не принадлежащее ГНКО имущество, а имущество, являющееся государственной собственностью, которое было предоставлено ГНКО в безвозмездное пользование (оно было изъято и отчуждено).
- И наконец, решением Правительства было указано, что приобретатель этого имущества обязан сохранить профиль деятельности спортивной школы, то есть имущество должно было продолжать использоваться в тех же целях, в каких оно было предоставлено в безвозмездное пользование ГНКО.
Обоснование прокуратуры о том, что передача государственного имущества другому лицу путем прямой продажи сорвала процесс приватизации и ограничила возможность участия других лиц в этом процессе, также необоснованно, поскольку решением Правительства РА № 882-Н от 13 июня 2003 года (которым определялись порядок и способы отчуждения госимущества) было предусмотрено, что отчуждение госимущества осуществляется посредством аукциона, конкурса или в форме прямой продажи на основании решения, принятого в соответствии с данным порядком.
То есть в 2004 году отчуждение госимущества в форме прямой продажи было предусмотрено законодательством РА (сейчас также существует подобная возможность), поэтому оно никоим образом не может рассматриваться как незаконное действие.
Что касается продажной цены, то:
1) Из решения правительства об отчуждении имущества и из обоснований проекта этого решения очевидно, что, во-первых, продавался не земельный участок (он был сдан в аренду), а строения, считавшиеся аварийными третьей степени (кстати, касательно заключения об аварийности строения Прокуратура никаких возражений не представила), поэтому естественно, что оцененная стоимость имущества должна была быть ниже его кадастровой стоимости.
2 )Переданный в аренду земельный участок перешел в собственность компании-приобретателя на основании принятого в 2005 году Земельного кодекса (с условием, что при отчуждении этого имущества Организация будет обязана выплатить его кадастровую стоимость). Предполагается (и прокуратура в своих решениях это подтверждает), что кадастровая стоимость в размере 444 489 528 драмов РА была выплачена во время приватизации в 2021 году (причем часть земли продолжает оставаться в аренде).
3) Решением Правительства предусматривалось, что приобретатель имущества должен был в первый год инвестировать сумму, эквивалентную 800 000 долларов: в первый год — 200 000, во второй — 300 000, в третий — 300 000, следовательно, стоимость имущества по состоянию на июль 2006 года, с учетом реконструкции строений и приобретения права собственности на арендованную землю на основании Земельного кодекса, могла быть оценена в 1,1 млрд.
Что касается причастности Седрака Кочаряна к приобретению имущества. Прежде всего следует отметить, что учредителем компании, приобретшей имущество, являлся председатель Федерации тенниса Арутюн Памбукян, который, желая вдохнуть вторую жизнь в теннисную спортшколу, обратился к Правительству с соответствующей инвестиционной программой (этот факт также отмечен в обосновании проекта решения Правительства), а Правительство, оценив, что на тот момент школа находилась в плачевном состоянии, одобрило инвестиционную программу, которая, к слову, была претворена в жизнь, и в настоящее время мы имеем соответствующую международным стандартам теннисную спортшколу.
Что касается приобретения компанией, принадлежащей Седраку Кочаряну, 50% доли в ООО «Кинетик» в 2009 году, то оно было обусловлено тем, что после кризиса 2008 года спортшкола столкнулась с финансовыми проблемами и искала соответствующих инвесторов. В качестве такого инвестора выступила принадлежащая С. Кочаряну компания «Стрим Форс» (причем Арутюн Памбукян и Седрак Кочарян и до этого знали друг друга), которая, к слову, посредством банковского перевода приобрела акции по довольно внушительной стоимости — на сумму 1 млрд драмов.
Фактически, этим также опровергается версия Прокуратуры о том, что изначально мотивом этого отчуждения имущества было то, чтобы государственная собственность, имеющая высокую рыночную стоимость, перешла к сыну Президента Республики за ничтожную сумму.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Прокуратура, без изучения обстоятельств того, являлась ли ГНКО учебным заведением (исходя из закона «Об образовании»), являлось ли отчуждаемое имущество собственностью последней, не имея даже на уровне предположений информации о том, какими именно действиями Президент Республики злоупотребил своими полномочиями, и располагая лишь сведениями о том, что часть акций компании-приобретателя этого имущества спустя 5 лет после его приобретения была приобретена компанией, принадлежащей Седраку Кочаряну (причем с выплатой значительной суммы), спешит предъявить обвинение Р. Кочаряну, у которого не было никаких полномочий по части отчуждения имущества. Более того, обвинение было предъявлено по таким статьям уголовного кодекса, сроки давности по которым истекли.
Подчеркнем: если мы, как информационно-аналитический сайт, можем поднять все это из общедоступных источников, правоохранители, безусловно, обязаны были сделать это до возбуждения уголовного преследования.
Получается, Роберта Кочаряна десятки лет обвиняли во всех грехах мира, но на практической стадии либо возбуждают обвинение по антиконституционной статье, либо едва умудряются найти решение правительства 22-летней давности и обвиняют его в ратификации этого решения. И это в том случае, когда президент 22 года назад, согласно Конституции, не имел полномочий не ратифицировать решения правительства.
