Центральная избирательная комиссия (ЦИК) по Избирательному кодексу наделена полномочиями давать согласие на возбуждение уголовного преследования и предъявление обвинения в отношении кандидатов в депутаты. В последнее время мы видим, что при осуществлении этих полномочий ЦИК, по сути, делает лишь одно: мы приходим, садимся, говорим, а комиссия составляет некий акт, из которого совершенно непонятно, чем именно она руководствовалась. Об этом заявил адвокат второго президента Арам Орбелян журналистам в ходе перерыва судебного заседания по делу «Роберт Кочарян против ЦИК».
«По сути, во время административного производства мы задали один простой вопрос: можете ли вы разъяснить нам специфику этой процедуры? Что должно произойти, чтобы вы отклонили ходатайство? Ведь если у комиссии есть право дать согласие, значит, есть и право отказать. Нам всего лишь нужно понять стандарт доказывания. Мы представили все аргументы, показали, что уголовное преследование неправомерно и не может быть возбуждено. Срок давности истек, соответственно, без согласия лица процесс вообще не может осуществляться. Мы показали наличие политических мотивов. Показали, что хронология выбрана очень странно: почему по делу, возбужденному еще в 2018 году, процесс начался именно сейчас? Мы также указали, что в обвинении содержится заведомо ложная информация и даны оценки, которые прямо опровергаются», — отметил он.
«Комиссия на всё отвечала: «Ну, мы же не суд, мы не даем юридических оценок, мы аполитичный орган и не даем политических оценок». В итоге мы получили административный акт, который любой человек может открыть и прочитать. Вы увидите, что там нет ни одного обоснования того, почему было дано согласие или почему не последовало отказа. Ничего нет, просто написано, что прокурор представил ходатайство, изложил всё это, после чего мы рассмотрели и решили.
Плюс к этому, налицо процедурные нарушения. Например, когда мы зачитали решение Конституционного суда, где четко прописано право знакомиться с материалами, выражать позицию и задавать вопросы, я предложил задать вопросы, чтобы сориентироваться в процессе. Мне ответили: «Вы не можете задавать вопросы».
Мы обратились в Административный суд не для того, чтобы он рассматривал дело по существу. Прокуратура, к сожалению, привлечена в качестве третьего лица, а ЦИК на заседании не присутствует, чтобы мы могли наконец понять стандарт обоснования их решений. Но сейчас мы вынуждены обсуждать в суде вместе с судьей и всеми остальными, что именно должна была решить комиссия.
А в действительности наше административное право гласит следующее: административный орган должен был принять решение, мотивировать его, расписать, обосновать и приложить доказательства, а Административный суд должен был всё это перепроверить, а не пытаться теперь заново понять в ходе заседаний, что именно подлежит обсуждению. На этом и сделан наш основной акцент», — продолжил адвокат.
Арам Орбелян также коснулся мотивов уголовного производства:
«Господин Кочарян заранее сообщил, что планирует выехать за границу на несколько дней. На границе его не пропустили неправомерным путем, и я до сих пор не получил ответа на запрос, на каком правовом основании это было сделано. После этого данная запись СНБ оказалась у конкретного СМИ. Затем лицо, имеющее прямую связь с этим СМИ, четко заявило: «Ну, это материалы СНБ, кому хотят — дают, кому не хотят — не дают», что напрямую противоречит положениям Конституции и нормам о защите персональных данных.
И буквально на следующий день происходит вот это. Есть тут связь или нет — утверждать не могу. Когда в ЦИК обращаются по делу, срок давности которого истек, и которое касается, как я уже отметил, событий 22-летней давности, причем обвинения весьма проблематичны…На мой взгляд, когда очевидно отсутствие состава преступления — и для этого не нужно быть специалистом, — это также должно было получить оценку».
Напомним, что в Административном суде РА проходит судебное заседание по делу «Роберт Кочарян против ЦИК». Второй президент Армении требует признать недействительным решение о лишении его неприкосновенности. Судебное заседание проходит в закрытом режиме.
Подробности — в видео
