Арест второго президента РА Роберта Кочаряна и его сына Седрака Кочаряна активно обсуждается в Азербайджане. При этом примечательно не только то, как в Баку оценивают сами события, но и то, какое политическое объяснение происходящему дают в эфирах провластных каналов.

Особенно примечателен эфир Baku TV под заголовком «Война против церкви и олигархов: к чему готовится Пашинян – РЕАЛЬНАЯ ПОВЕСТКА», где происходящие вокруг Роберта Кочаряна события рассматриваются в едином контексте с утверждённой программой правительства Армении на 2026–2031годы. Ведущий напрямую связывает арест Кочаряна с победой Никола Пашиняна на парламентских выборах.

В то же время азербайджанский телеканал не скрывает, что действия против оппозиции могут иметь для Пашиняна серьёзные внутриполитические последствия. В эфире признают, что впечатление о политических преследованиях может углубить поляризацию армянского общества и спровоцировать уличные акции протеста.

«Внешняя картина политических преследований может усилить поляризацию общества, радикальная оппозиция может прибегнуть к уличным протестам. Поэтому есть вопросы борьбы с сепаратизмом и терроризмом, в то же время для Азербайджана в краткосрочной перспективе это также вопрос экстрадиции этих преступников», — говорится в эфире.

Однако основной интерес Баку заключается в другом. Здесь арест Кочаряна рассматривается как часть процесса, который должен обеспечить Пашиняну политическое пространство для реализации собственных программ, в первую очередь — проведения конституционных реформ и возможного референдума.

В эфире другого провластного канала İCTİMAİ TV с участием политического обозревателя Расима Мусабекова представляется иная интерпретация: арест Роберта Кочаряна рассматривается прежде всего через призму отношений Еревана и Москвы. Мусабеков утверждает, что ранее руководство России якобы вмешивалось в ситуацию вокруг Кочаряна, тогда как нынешняя ситуация отличается отсутствием подобного вмешательства. В его трактовке это свидетельствует об изменении соотношения сил по линии Пашинян — Москва.

Аналогичный тезис в эфире ARB 24 озвучивает и депутат Милли Меджлиса Гудрат Гасангулиев, прямо заявляя, что действия Пашиняна против Роберта Кочаряна не имеют никакого отношения к «восстановлению социальной справедливости» или обеспечению верховенства закона. В то же время депутат предлагает трактовку российского фактора, которая несколько отличается от Baku TV.

Если на Baku TV арест Кочаряна характеризуют как «вызов Владимиру Путину», то азербайджанский чиновник не считает Пашиняна однозначно антироссийским или полностью прозападным политиком. Напротив, выдвигается версия о том, что Пашинян может посылать Москве совершенно иной сигнал: России якобы больше не нужна альтернативная политическая сила в Армении, поскольку сам Пашинян может договориться с Москвой и обеспечить необходимые отношения.

Один из повторяющихся тезисов в азербайджанских материалах — связь арестов с возможным изменением Конституции Армении.

Baku TV напрямую утверждает, что после выборов перед Пашиняном стояли два пути: попытаться договориться с оппозицией или применить жесткое давление. По мнению авторов эфира, был выбран второй вариант.

В конечном итоге азербайджанские СМИ рассматривают происходящее в Армении как процесс формирования новой политической реальности. В то же время сами азербайджанские комментаторы признают наличие серьёзных рисков: углубление общественной поляризации, возможные акции протеста и сопротивление оппозиции.

Однако общий тон публикаций и эфиров очевиден: в Баку происходящее воспринимают не столько как внутриполитическую борьбу в Армении, сколько как часть масштабной геополитической перегруппировки, происходящей на Южном Кавказе.

В рамках бакинской трактовки арест Роберта Кочаряна — лишь один из элементов гораздо более крупного процесса: Пашинян пытается окончательно изменить внутриполитическую систему страны, закрепить новый конституционный курс и одновременно снизить влияние Москвы.

Для Азербайджана такой сценарий выгоден. Именно поэтому в Баку сегодня за каждым шагом властей Армении следят не просто как за внутренним событием в соседней стране, а как за процессом, меняющим баланс сил в регионе